Регистрация
Грешники
Категории
I <3 Dark Shelter


Категории
Авраамические религии
Языческие боги словян
[ отличительной особенностью данного cписка является то, что он привязан к датам языческого народного календаря. Следует учесть, однако, что все даты даны для средней полосы России и могут варьироваться в зависимости от широты и долготы празднования. Добавлены цитаты из ряда прежде недоступных нам западных средневековых первоисточников по верованиям славян. Упомянем и такую любопытную гипотезу исследователя Сергея Пивоварова - Святича - из "Круга Бера", что пантеон не мог превышать 33 истинных имен богов. Это священное число для ведической Традиции. Тогда остается предположить, что часть названных ниже богов - это хейти (иносказательное поминание), так богиня-матерь могла иметь "псевдонимы" Лада, Прия, Рожаница, Коруна, Карна... А богиня-дочь могла иметь хейти - Леля, Рожена, Желя, Жля ]
Архаические верования и обряды
Атеизм
Бог
Возникновение религии
Дхармические религии
Загадки религии
Исторические личности в религии
Мировые религии
Основные функции религии
Признаки религии
Религии, появившиеся в ХХ веке
Секты
Плебисцит
Кем бы вы хотели быть?

Результат 467 Все опросы
Статистика
Statistik:

Online:
In Hell: 1
Грешники: 1
Демоны: 0

В Приюте:
Прихожая » Библиотека » Энциклопедия религий мира » Авраамические религии
При копирования материалов сайта, ссылка на Dark Shelter
ОБЯЗАТЕЛЬНА!!!
Гиюр, обращение нееврея в иудаизм, а также связанный с этим обряд. Первыми примерами прозелитов можно считать Итро - тестя Моисея и Руфь. Моисей, Талмуд и более поздние кодексы формализуют процедуру прозелитизма. Кандидат обязан принять на себя все заповеди Торы перед судом из трёх судей. Если кандидат - мужчина, ему делается обрезание, после выздоровления - окунание в микве завершает процедуру. Женщина только окунается в микве. В древнее время кандидат также приносил жертву в Иерусалимский храм. Если кандидат уже обрезан - производят заменяющий ритуал - выдавливание капли крови. Вопросы прозелитизма приобрели большую важность в современном Израиле в связи с появлением значительного количества евреев, не считающихся таковыми по религиозному закону (Галаха). Смысл и история гиюра Гер - Эфраим-Элимелех УРБАХ, профессор, президент Академии наук Израиля. Геры в диаспоре. В Римской империи движение прозелитов было весьма заметным и развивалось при самом активном участии евреев диаспоры. Как свидетельствуют рукописи, найденные на о. Элефантина, движение это началось еще в эллинистический период, однако достигло расцвета в эпоху империи. Повсюду, где проживали евреи, а жили они во всех городах и центрах торговли Средиземноморья, они всегда вызывали интерес, сопряженный иногда с симпатией, иногда с ненавистью. Отличие их религии от всех известных религий древнего мира вызывало насмешки и презрение, но и пробуждало любопытство. Вся еврейская эллинистическая литература, в конечном плане, есть не что иное, как религиозная агитация. Правда, у нас нет реального подтверждения истинности слов Матфея (23:16), что якобы «знатоки Писания и мудрецы Торы кружатся по морю и по суше, чтобы привести в еврейство одного человека», однако нет сомнения в том, что предпринимались действия, направленные к распространению религии Израиля в диаспоре. Намек на это содержится в словах мидраша: «Творится в прибрежных городах такое, чего не знало поколение потопа... И ради чего спасаются они? За заслуги одного гоя (вариант: гера), одного богобоязненного человека, которого Всевышний принимает немедленно». Тем не менее количество евреев Римской империи — а некоторые ученые оценивают его в 7 — 10% от всего населения — почти невозможно объяснить естественным приростом. Вероятнее всего, этот факт связан с успешным привлечением к иудаизму множества новых душ. Существовали различные пути к иудейской религии, и те, кто шли по ним, также отличались друг от друга. Были геры, которые ограничивались только отречением от язычества и принятием монотеизма, другие также соблюдали субботу и не ели мяса нечистых животных. Таких именовали «богобоязненными», однако настоящими герами, как с точки зрения евреев-эллинистов, так и с точки зрения неевреев, были только те, которые проходили обрезание. Но и «богобоязненные» считались примкнувшими к Дому Яакова, и к ним относили слова пророка: «...И по имени «Израиль» прозовется». Неевреи тоже видели в них кандидатов в настоящие евреи. Так, Ювенал порицает тех, кто склоняется к иудаизму, и изображает их так: «Отец не работает по субботам и не ест свинины, а сын и этим не удовлетворяется и проходит обрезание». Количество «богобоязненных» и настоящих геров было весьма значительным. Иосиф Флавий гордится тем, что многие из греков приняли Тору Израиля и что нет города и народа, в котором бы не соблюдали субботу, не зажигали бы субботних и праздничных светильников и не остерегались бы есть пишу, запрещенную Торой. Аналогичную картину рисуют Гораций, Дион Кассий и Сенека — последний даже сокрушается о том, что обычаи народа Израиля распространились по всем странам и что «побежденные диктуют законы победителям». Во время своих поездок по Малой Азии и Греции Павел читал проповеди в синагогах евреям и «богобоязненным». Имена геров и «богобоязненных» упоминаются в книгах, написанных в Италии, Греции и Киренаике. Среди геров было много женщин и мужчин из всех кругов общества, хотя сведения, которыми мы располагаем, относятся в основном к герам богатым и знатным. Наиболее известен гиюр всей царской семьи государства Адиабена в середине I в. до н. э.; можно предположить, что вместе с царицей Еленой и ее сыновьями в иудаизм перешли также многие из жителей ее страны. Во время правления императора Тиберия в Риме приняла еврейство знатная женщина по имени Фульвия; императрица Поппея, жена Нерона, проявляла большой интерес к иудаизму; консул Клеменс Флавий вместе со своей женой Домитиллой в конце I в. н. э. стали соблюдать иудейские обычаи и были обвинены в измене государственной религии. В результате Клеменс был казнен по приказу императора Домициана, а Домитилла была сослана в Страну Израиля. Раби Элиэзер, раби Йегошуа и рабан Гамлиэль во время посещения Рима познакомились с «богобоязненным» сенатором. В одном папирусе времен императора Траяна делегаты города Александрия утверждают, что «его сенат полон евреев». Согласно римским законам в гиюре как таковом не было состава преступления — все время, пока гер не отказывался служить отечественным богам: когда же это происходило, тогда и только тогда его обвиняли в «безбожии». Если Домициан поощрял доносы на прошедших гиюр, на основании которых их обвиняли в измене государственной религии, то Нерва запретил их — правда, не отменив соответствующий закон и не уничтожив возможности обвинения в безбожии. Декрет Адриана против обрезания тяжело ударил по гиюру, и даже после того, как Антонин Пий отменил его, производить обрезание разрешалось одним лишь евреям; нееврей, совершивший себе обрезание, рассматривался как оскопивший себя. Однако, несмотря на трудности и опасности, многие продолжали переходить в иудаизм, в особенности в отдаленных от центра провинциях... Разумеется, гиюры происходили и на территории, подвластной персам: в IV в. н.э. Рава говорит, что город Мехоза, в котором он жил, — место, где легко встретить гера. Гиюр как таковой был запрещен лишь после обращения римских императоров в христианство; когда же христианство стало государственной религией империи, миссионерской деятельности евреев диаспоры был положен конец... Законы о гиюре. ...С гиюром пресекается всякая родственная связь между гером и его прежней родней, «прошедший гиюр подобен новорожденному младенцу». Даже в имени, которое он получает, став евреем, не упоминается его физический отец: каждый гер считается «сыном Авраама, праотца нашего». В более позднее время принято даже самого гера называть именем первого еврея, узнавшего своего Творца: «Авраам, сын Авраама». Согласно букве закона, гер имеет право жениться на любой из своих прежних родственниц [если, конечно, она тоже проходит гиюр. — Прим. пер.], однако мудрецы Торы запретили это из опасения, что геры будут говорить: «Из большей святости мы перешли в святость меньшую» (...) Отношение к геру. В Талмуде и мидрашах так же, как и во «внешней» [неканонической] литературе, отношение к герам большей частью положительное. Тем не менее не правы те исследователи, которые стараются или полностью отрицать, или хотя бы умалчивать, что ряд мудрецов Торы негативно относится к герам и гиюру (об этом свидетельствуют первоисточники). Такие различия во взглядах можно отчасти объяснить различиями характеров, однако решающими факторами были условия жизни и личный опыт мудрецов. Педантичность Шамая и терпимость Гилеля проявляются в их отношении к герам. Раби Элиэзер, сын Гирканоса, последователь Шамая, проявил излишнюю требовательность при приеме гера. Идолопоклонник Акилас, желавший пройти гиюр, удивленно спросил его: «Неужели вся симпатия и любовь, которые, как написано в Торе, Всевышний проявляет к геру, сводятся к тому, чтобы «дать ему хлеб и одежду»?» Раби Элиэзер сердито прикрикнул на него, однако раби Йегошуа принялся его утешать: «Хлеб — это Тора... одежда — это талит; удостоился человек принять Тору — удостоился исполнения заповедей, и более того: своих дочерей он выдает замуж за когенов, и внуки его совершают жертвоприношения в Храме». Не исключено, что отрицательное отношение раби Элиэзера к герам вызвано его контактами с первыми христианами; он увидел, что многие из новых еретиков были герами, отвернувшимися от еврейства, и именно их он имел в виду, говоря, что у гера «сама основа дурная». Ведь тот же раби Элиэзер говорил и иное: «Когда придет к тебе человек, чтобы пройти гиюр лишь только во имя Небес, — привлеки его к себе, не отдаляй его», как раз в его время в молитву «Шмонэ-эсрэ» вставили упоминание о герах наряду с праведниками и благочестивыми евреями. Политический опыт Иудейской войны, во времена которой геры в первом и втором поколении изменяли Торе и даже доносили римским властям на евреев, также повлиял на формирование отрицательного отношения к герам. Иосиф Флавий рассказывает о герах-греках, которые не устояли в своем новом положении и отвернулись от еврейства. Эпоху после разрушения Иерусалима и Храма и окончательного подавления восстания против Рима имеет в виду Талмуд, когда рассказывает о неевреях, добровольно принявших иудаизм, имеющих «тфилин на голове и на руке, цицит на одеждах, мезузу на дверях» и оставляющих еврейство при виде «войны Гога и Магога». Именно о таких «герах» говорили незадолго перед восстанием Бар-Кохбы, что они «задерживают Машиаха», и как раз в то время учил раби Нехемия: «Как мужчина, прошедший гиюр ради женщины, так и женщина, прошедшая гиюр ради мужчины, также тот, кто прошел гиюр ради того, чтобы сидеть за царским столом, чтоб стать слугой Шломо...; «геры львов» [см. Млахим II 17:24 — 28] и ставший гером из-за того, что увидел во сне, даже геры времен Мордехая и Эстер — все они не геры, пока не пройдут гиюр в наше время», то есть в период политического упадка, бедствий, преследований и при полном отсутствии надежды на получение от гиюра какой бы то ни было выгоды. (...)Раби Шимон, сын Йохая, выразил свое мнение в следующих словах: «Кто более велик: тот, кто любит царя, или тот, кого любит царь? Тот, кого любит царь, как сказано: «И любит гера». Слова раби Хии: «Не верь геру до двадцать четвертого поколения...» и высказывания вроде: «Тяжелы геры для Израиля словно чесотка», «Беда за бедой придет на принимающих геров», «Не принимают геров в дни Машиаха» — безусловно, плоды отрицательного опыта общения с герами-изменниками в политическом или религиозном плане. Именно их имеет в виду мидраш, рассказывая, что геры, которых Моше вывел из Египта, создали золотого тельца и сказали: «Это бог твой, Израиль» (Шмот Раба 42:6). Мудрецы наши говорили о различиях между герами: «Есть три вида геров: есть геры, подобные Аврааму, праотцу нашему, есть геры, подобные ослу, и есть геры, которые как гои абсолютно во всем». В высказываниях амораев в основном слышатся те же нотки, что и у танаев: «Дороги геры [Всевышнему], ибо всюду Он приравнивает их к Израилю». И они тоже приложили все усилия для того, «чтобы не запереть дверь перед будущими герами». К III в. относится высказывание раби Йоханана и Рейш Лакиша (у каждого — на основе другого стиха Торы): «Всевышний отправил в изгнание Израиль только для того, чтобы присоединились к нему геры». Раби Эльазар передает также: «Каждому, кто приблизит гера, засчитывается это так, как если бы он его сотворил». В талмудической литературе весьма распространены различные похвалы в адрес геров. Стремление возвысить геров и прославить гиюр можно обнаружить также в агадической традиции, которая называет величайших талмудических авторитетов, таких, как раби Меир, раби Акива, Шмая и Автальон, потомками геров, к тому же отмечает их происхождение как раз от самых страшных ненавистников Израиля — от Сисры, Санхерива, Гамана и императора Нерона. Рав Аше, последний из вавилонских амораев, говорит, что души всех геров присутствовали при Даровании Торы; подавляющее большинство мудрецов Талмуда продолжает традицию, полученную от предыдущих поколений: «Чужаку, пришедшему, чтобы стать гером, протягивают руку, чтобы ввести его под крылья Шхины». В средние века евреи в основном жили в странах, где господствовали монотеистические религии, которые, в отличие от религий языческих, в переходе в иную религию видели смертный грех. Законы христианской церкви запрещали гиюр, и христианские властители вели беспощадную войну с малейшими проявлениями склонности к иудейским обычаям. В христианских странах случаи гиюра были крайне редки, а те, кто с риском для жизни все же присоединялся к лагерю Израиля, как правило, были вынуждены бежать за пределы христианского мира. Однако в самом начале средневековья, в период, переходный от политеистических культов к вере в единого Бога, иудаизму удалось завоевать сердца представителей правящей элиты двух народов и совершить деяния, напоминающие гиюр царской семьи Адиабены. В V в. приняли еврейство правители Химьяра в Южной Аравии, а в первой половине VIII в. — правящая верхушка Хазарии. У нас нет данных о герах, перешедших в иудаизм из ислама, однако гиюр христиан в мусульманских странах не был запрещен, и нередко такие случаи бывали. Правда, речь идет в основном о гию-ре христианских рабов и рабынь в домах их хозяев-евреев в соответствии с законом Торы, предписывающим евреям вводить в иудаизм своих рабов и рабынь посредством обрезания и очищения в микве... Помимо этих геров поневоле в странах христианства появлялись также геры-праведники, приходившие к еврейству сами, влекомые любовью к Торе Израиля, однако имеющиеся у нас сведения о них крайне скудны. Большинство таких геров были бывшими священниками, которых религиозные изыскания, и в особенности сравнение Нового Завета с Танахом, приводили к иудаизму. Некоторые из них, пройдя гиюр, даже старались привести другие души к своей новой религии. Бодо-Эльазар, придворный священник короля Людовика Благочестивого (IX в.), бежал в арабскую часть Испании и повел острую полемику против христианской религии; в 1012 г. в г. Майнце прошел гиюр монах Вецелинус, который сочинил в оправдание своему поступку полемический трактат, доказывающий истинность религии Израиля на основе Священного Писания. Некоторые историки усматривают именно в этом причину изгнания евреев из Майнца королем Генрихом П. Примерно к тому же времени относятся известия об одной богатой и знатной даме-христианке, прошедшей гиюр, поселившейся в Нарбонне и вышедшей позже замуж за близкого родственника р.Тордоса Ганаси. Один самых удивительных случаев гиюра в период средневековья — это история Овадии, «нормандского гера» (ок. 1100 г.), происходившего из аристократического рода в г. Оппидо в Южной Италии. Некоторые события его жизни стали нам известны из материалов каирской генизы. Этот гер оставил записки, в которых себя именует Иоганнес и прославляет «Андреаса, архиепископа и первосвященника стольного града Бари», в сердце которого «вложил Бог любовь к Торе Моше», «который покинул свою страну, свой сан и свой почет и ушел в стольный град Кон-стантинию, и совершил себе обрезание», который испытал множество бед и страданий от «необрезанных, искавших возможности лишить его жизни — однако спас его Бог от их рук... И многие, видя его поступки, пошли за ним и сделали то же самое, что он, и вошли в союз с Богом живым. И отправился этот человек в страну египетскую, и жил там до дня своей смерти...» Слухи о том, что делал Андреас, архиепископ в Бари (1062 — 1078), распространились по всей Греции и Италии и достигли ушей Иоганнеса, когда он был еще совсем юным; в первый год после принятия сана священника он увидел сон, под впечатлением от которого решил следовать по пути Андреаса. В 1102 г. он сделал себе обрезание и начал соблюдать субботу и отмечать еврейские праздники, а также писать сочинения, в которых призывал всех разумных людей обратиться к религии Израиля. По распоряжению властей его арестовали и посадили в тюрьму, где угрожали казнью, если не отречется от своих взглядов. Чудом ему удалось бежать; он добрался до Багдада, где жил в «доме раби Ицхака, сына Моше, главы йешивы»; затем он посетил еврейские общины в Сирии, Стране Израиля и Египте и написал автобиографию. Были и другие геры, оставшиеся в христианских странах и сумевшие скрыться от глаз церкви, как видно, благодаря тому, что постоянно странствовали из страны в страну. Известна семья геров родом из Венгрии, во времена рабейну Тама проживавших в Северной Франции или в Германии. Глава этой семьи, раби Ав-раам-гер, истолковал известное изречение «тяжелы геры для Израиля, словно чесотка», как похвалу герам: «Они чрезвычайно тщательно исполняют заповеди Торы и тем тяжелы для Израиля, что напоминают Всевышнему о грехах, которые совершают евреи». Вместе со своими сыновьями, раби Ицхаком и раби Йосе-фом, он занимался комментированием Торы, ведя полемику с христианскими ее толкователями и критикуя евангелия и тексты христианских молитв. Ученик рабейну Тама, раби Моше из Понтуаза, рассказывает о гере, который изучал «Танах и Мишну и днем, и ночью». Сохранились шесть поэм, написанных поэтом раби Йосефией-гером, который жил во Франции в XII в.. В конце того же века в Вюрц-бурге проживал гер, знавший «язык монахов» (латынь), но не иврит, и поэтому переписавший для себя Пятикнижие «из нечистой монашеской книги»; этому геру рабейну Йоэль разрешил быть кантором в синагоге. Гер, овладевший глубокими познаниями в Торе, направил галахический запрос Рамбаму. В своем ответе Рамбам оказывает ему огромное уважение, именуя: «Господин наш и учитель Овадия, мудрый и разумный праведный гер», и пишет далее: «Ты — великий мудрец, и сердце разумное у тебя, раз ты понял это и распознал прямую дорогу». В своих письмах к этому геру Рамбам выражает уважение не только к нему, но и к герам вообще: он разрешает ему молиться «в точности так, как читает молитвы и произносит благословения каждый коренной сын Израиля», и продолжает далее: «Поэтому всякий, кто — вплоть до конца всех поколений — станет гером, и все те, которые провозглашают единство Всевышнего так, как о том написано в Торе, — ученики и домочадцы праотца нашего Авраама...Поэтому тебе следует говорить: «Бог наш и Бог отцов наших», так как Авраам — и твой отец... Поскольку ты вошел под крылья Шхины и стал приверженцем Господа... нет никакого различия между тобою и нами. И, безусловно, ты должен произносить в благословениях «избравший нас», «давший нам», «отделивший нас», так как Господь уже избрал тебя, и отделил от остальных народов, и дал тебе Тору — ведь Тора дана и нам, и герам... И да не будет родословная твоя позорна в глазах твоих: если мы происходим от Авраама, Ицхака и Яакова, то ты — от Того, Кто сказал — и возник мир». А по поводу оскорблений, которые этому геру пришлось услышать от евреев, Рамбам пишет: «Отца и мать — нам предписано чтить и бояться, пророков — слушаться беспрекословно... Геров же нам предписано любить... — [то есть предписано] то, что отдано во власть сердцу... И Всевышний сам тоже любит гера... [Как,] человека, оставившего отца и мать, свой народ и государство во всем его могуществе и постигшего глазами своего сердца, пришедшего и присоединившегося к тому народу, который ныне «отвращение народов» и «раб правящих», узнавшего, что религия этого народа — истинна и справедлива... бросившегося вслед за Господом... и пришедшего под сень крыльев Шхины... Не глупцом зовет тебя Всевышний, но мудрым, разумным и проницательным, идущим по путям справедливости и учеником праотца нашего Авраама». Были геры, пожертвовавшие своей жизнь ради освящения Божьего Имени, и среди них такие, которые и сам гиюр прошли ради этого. В 1096 г. был казнен гер, «мать которого не была из народа Израиля», сказавший перед тем: «До сих пор меня презирали...» В 1264 г. в Аугсбурге был заживо сожжен «раби Авраам, сын Авраама, праотца нашего... который почувствовал отвращение к богам иных народов и стал рубить головы идолов... и был подвергнут ужасным пыткам»... О его смерти величайшие еврейские личности того поколения сложили траурные элегии. Раби Мордехай, сын раби Гилеля, так описывает его гиюр: «И отправился в путь Авраам, приближаясь все больше к еврейской религии, присоединился к Дому Яакова и обрезал свою крайнюю плоть». Он повествует о том, как речи, которые Авраам открыто вел против своей бывшей религии, стали причиной того, что его сожгли живым, и оплакивает отвагу, проявленную и в жизни, и в смерти: «Чистый духом, он пошел и разбил идолов... Божье достоинство он народам открыл... освятить Божье Имя он пошел, словно к невесте жених». В 1270 г. в том же Аугсбурге был сожжен раби Авраам, гер из Франции, имевший до этого высокий монашеский чин («глава всех босых») и бежавший из своей страны, пройдя гиюр: «Почувствовал он к идолам отвращение и пришел укрыться в сени крыльев источника жизни всех миров». Сохранился документ 1275г., из которого следует, что в Англии стал гером некто Роберт из Гардинга, монах-проповедник. Сегодня трудно оценить масштабы гиюра в средние века. Исторические первоисточники упоминают только об отдельных случаях, однако сам факт того, что упоминания эти встречаются из поколения в поколение, что главы христианской церкви снова и снова выступают с проповедями и наставлениями против геров, издают декреты и постановления против этой «опасности», свидетельствует о непрерывности этого процесса. (Некоторые же ученые считают, что прозелитизм, по крайней мере в первой половине средневековья, имел весьма широкий размах, и именно этим объясняют антропологические различия между евреями, принадлежащими к различным общинам.) С уменьшением количества геров в период средневековья отношение мудрецов Израиля к гиюру как явлению, обладающему глубоким религиозным смыслом, в сущности, не изменилось. Некоторые из них продолжали видеть суть изгнания именно в том, чтобы к народу Израиля присоединялись геры. Так, раби Моше из Куси (сер. XIII в.) объясняет своим современникам, что им надлежит честно и праведно вести себя с неевреями потому, что «в течение всего времени, что они ведут себя с ними нечестно, кто из них присоединится к ним?» Раби Йешаягу из Храни («Последний») разрешает преподавать нееврею книги пророков и Писания, потому что тот увидит в них, как Всевышний утешает Израиль, и «таким образом, возможно, усовершенствует свой путь». (Га-Энциклопедия га-Иврит, статья «Гер») Гиюр в новое время Яаков КАЦ, профессор В новое время начинает проявляться отрицательное отношение к гиюру; стремление приводить к иудаизму новые души ослабевает. Правда, и в этом случае бейт-дин не имеет права оттолкнуть нееврея, желающего стать гером, несмотря на все предупреждения о серьезных последствиях такого решения, — «Шулхан Арух» и другие кодификаторы законов Торы оставляют в силе все законы о гиюре. Однако из того, как они формулируются, а иногда и из их буквального смысла видно, что прием гера является не более чем формальной обязанностью, а стремление к активному гиюру проявляется крайне редко. Тем не менее отдельные случаи гиюра происходят и в новое время. В еврейских типографиях Амстердама, Константинополя, Салоник и различных городов Германии работали геры. Один христианин, посетивший Иерусалим в 1494 — 1496 гг., рассказывает, что обнаружил там двух бывших христианских монахов, «которые три года назад перешли из христианской религии в еврейскую веру». В то же время нет доказательств, что «жидовская ересь», распространившаяся в конце XV и начале XVI вв. в Московском княжестве в рамках православной церкви, была связана с еврейским миссионерством и со случаями настоящего гиюра. Магаршаль (р. Шломо Лурия) предостерегает от активного содействия потенциальным герам; еврейские советы (органы еврейского самоуправления) Литвы и Моравии даже угрожают тяжелыми наказаниями тем, кто проявит инициативу в привлечении неевреев к иудаизму или будет укрывать прошедшего гиюр. Причина такого отношения к гиюру, в частности, вызвана страхом перед последствиями нарушения суровых запретов, которые христианские власти накладывали на подобный род деятельности. Не раз еврейские общины Польши и Литвы были вынуждены доказывать свою невиновность в делах о прозелитизме. Не всегда ясно, действительно ли то была только «клевета» подстрекателей, или же еврейское общество на самом деле было замешано в каких-то конкретных действиях. В дни распространения в Польше лютеранства в XVI в. католическая церковь не раз обвиняла сторонников реформации в «иудействе». В 1539 г. после десятилетнего расследования за переход в еврейство была сожжена заживо 80-летняя Катажина Мельхиор, жена городского советника Кракова. Перед казнью она сказала: «У Бога нет ни жены, ни сына... Мы — Его дети, и все, кто следуют по Его путям, — дети Его». Обвинение евреев в том, что они помогают новообращенным герам бежать в Турцию, причинило множество бед литовским обшинам — по этому поводу даже было предпринято официальное расследование. Тем не менее представляется, что большинство евреев отмежевывались от привлечения геров не только для вида, не только в результате давления извне; такая позиция в значительной мере отражала общепринятую среди них позицию. Изоляция евреев от внешнего мира непрерывно росла; различия между ними и другими народами представлялись непреодолимыми, переход из одного мира в другой казался невозможным. Вот слова Магаршаля: «И дай Бог, чтобы потомство Израиля смогло просуществовать в таком положении все время нашего изгнания, и да не увеличится наше число за счет чужих людей, но только благодаря нашему собственному народу». В условиях относительной терпимости, все более распространявшейся в правительственных кругах и среди сторонников просвещения начиная с XVII в. и далее — в особенности в странах Западной Европы, — отрицательное отношение еврейства к христианству ослабело. Напротив, усилилась тенденция видеть в христианстве религию отнюдь не языческую, а ее адептов считать «потомками Ноаха», не обязанными соблюдать заповеди иудаизма. Этот взгляд не оставлял места для стремления приводить неевреев «под крылья Шхины». Так отказ иудаизма от прозелитической деятельности получил идейно-философскую базу. Тем не менее отдельные личности по собственному побуждению продолжали искать пути к еврейству. Есть сведения о христианине по имени Моше Герма-нус, который конце XVI в. по доброй воле прошел гиюр и был чрезвычайно предан своей новой религии; в 1716 г. в Дубно бьии казнены две прошедшие гиюр христианки; в 1738 г. в России были публично сожжены морской офицер Александр Возницын за то, что прошел гиюр, и еврей Борух, сын Лейба, за то, что этот гиюр совершил. В народном предании сохранилась память о «праведном гере из Вильны», графе Валентине Потоцком, который, согласно преданию, был сожжен в Вильне в 1746 г. Движение Просвещения еще более усилило склонность к религиозному самоограничению. Лозунг религиозной терпимости опорочил любую агитацию в пользу перехода из одной религии в другую, а сторонники Просвещения с гордостью заявляли о полном совпадении целей их движения, состоящих в стремлении к свободе мысли и к толерантности, с одной стороны, и целей иудаизма — с другой. Подчеркивание еврейской терпимости и отказа от активной деятельности в пользу гиюра превратились в основные линии современной еврейской апологетики. Теории исследователей прошлого настолько затушевали саму возможность активного привлечения неевреев к иудаизму, что сложилось впечатление, будто стремления приводить новые души к еврейству никогда и не существовало. В психологическом плане эта оборонительная позиция не претерпела существенных изменений и после того, как иудаизм получил равные юридические права с другими религиями. Несмотря на то что сейчас не существует внешних препятствий к совершению гиюра, возможность этого акта сознательно затруднена. Отдельные случаи гиюра известны, разумеется, и в новейшее время. Определенное число геров в России и Трансильвании пришло из христианской секты «субботников», воспринявших сначала ряд еврейских обычаев и захотевших затем пройти настоящий гиюр. Другие пришли в еврейство, побуждаемые религиозными переживаниями или в поисках истинной религии, однако с ростом общественной толерантности большинство случаев гиюра связано со стремлением заключить брак с евреем или еврейкой. Традиционные раввинские суды проявляют тенденцию весьма сдержанного отношения к гиюрам такого рода, однако «либеральные» раввины относятся к этому легче. В «либеральных» еврейских общинах отменили очищение в микве для гера и свели гиюр только к совершению обрезания и устному заявлению о принятии основ еврейской веры. Американские реформисты крайнего толка отменили и само обрезание. Возникновение национального еврейского движения не оказало существенного влияния на проблемы гиюра. Отдельные группы геров нашли пути в Страну Израиля — из России на первой и второй волнах иммиграции, из Италии (геры из селения Сан-Никандро) — в период основания государства. Национально-религиозные публицисты выдвигают идею, что настало время возобновить активную пропаганду гиюра в мире, однако это не нашло отклика в еврейском обществе и не привело к практическим результатам. Положительное влияние национального движения выразилось в изменении взгляда на прошлое в отношении гиюра и в освобождении от апологетического подхода в исторических теориях.
Печать к форме Мнение о материале

Добавил: Нехристь | Просмотров: 667 | Нет комментариев

Похожие Авраамические религии


Добавлять комментарии могут только Демоны Ада.
Занять место в Аду | Вход